Древо опрометчивых поступков

Дедуля ушел из жизни в четвертый мой день рождения. Смутно помню, как он меня на рыбалку брал и, наживляя червячка на крючок, приговаривал: «Червячок мал, да рыбка велика, заглотит — не заметит, а когда заметит, поздно будет».
После этих слов обязательно рыбину вытаскивал. Всегда с хорошим уловом был. Я и сам, когда с ребятами на рыбалку ходить начал, слова эти втихаря произно­сил, и они приносили трофей.
ОСИНА И РЫБЕНОК
Помню, как мы с дедом на самом бе­регу реки сидели, под единственной там осиной. Он ее по стволу похлопывал, при­говаривая, что чудо-дерево еще его деда видело, его прадеда врачевало. А потом показывал, как. У дедули спина болела, и знахарка велела ему осину отыскать да, ухватившись руками за ветку, висеть на ней минут 5 каждый день.
В общем, лазать по де­ревьям меня тоже дед научил.
Почему-то родствен­ники бранили деда всегда, даже без по­вода. «Да бог с ними, пусть ругаются, если им так легче!» И плескал в стакан мутненькую, чтобы горечь от скан­далов заглушить...
Я тосковал по деду.
И, когда родители при­возили меня в дерев­ню, я шел к осине. А когда решил по дедову примеру на ветке по­висеть, разыскала меня мать. Когда я слез, от­хлестала меня осино­вым прутом и велела к дереву этому никогда не ходить. В тот вечер от обиды я не мог заснуть и услы­шал разговор мамы с бабушкой. И узнал, что дед на той осине повесился, перебрав лишку. А до этого — его отец, и отец его отца. Мой отец тоже сгинул, отправившись на заработки на север. А теперь, мол, и я к дереву нездоровую симпатию питаю.
После 8-го класса я пошел в ПТУ, в 9-й класс меня не взяли. После ПТУ — в армию, в «горячую точку». Потом — на биржу тру­да, на работу было не устроиться. Мама во всем винила обстоятельства, нависшие над нашим родом, и почему-то рыбу. Од­нажды после очередного моего увольне­ния, она рассказала такую белиберду!
Будто прапрадед мой, что первым на осине повесился, на прапрабабке женил­ся по принуждению. Сам же встречался с другой. Та с горя утопилась и стала являть­ся к нему во сне, звать на речку. Как-то сре­ди ночи он к ней и отправился, и встретил ее, но в образе русалки. Каким-то образом случилась у них близость. Пришел домой под утро сам не свой, держа за хвост ры­бину, и принялся ею жену бить, которая беременной была. Говорил, что не рыба это, а его настоящий РЫБЕНОК. Жена устроила шум, сбежались соседи, прапра­деда скрутили. А рыбину запекли и съели. Потроха под осиной прабабка закопала по наущению местной колдунищи — чтобы муж налево не ходил. Ритуал такой есть. «А что, если и вправду не рыба то была, а рыбенок? — хмыкала мама с улыбкой ви­сельника. — Ведь с тех пор в роду твоем по отцовской линии одни мальчики рожда­ются, и все невезучие». А сквозь рыдания выкрикивала, что и знахарка одна это под­твердила и сказала, что проклятие будет снято, если у мужика из нашего рода доч­ка родится.
МИР, СВЯЗЬ, РОД
Те мамины слова я вспомнил, будучи женатым. Сыном мы обзавелись. А де­вочку родить не удавалось. Все бере­менности, где на УЗИ диагностировалась девочка, заканчивались выкидышами. Я же был уверен, что выход есть. Вероятно, «работающим» заговором по приманке рыбы дедуля убедил меня в существова­нии магии. В общем, я искал...
Уже не буду расписывать, какая инфор­мация каким путем ко мне пришла, но выяснилось, что причина тотального не­везения, включающего в себя весь спектр распространенных проблем, — во взаи­мосвязи с миром. Со всем, с чем я прямо или косвенно соприкасался. Осознанная жизнь началась с привязанности к дедуле, неудачнику, отцу моего отца и сыну моего прадеда. Рассуждения о невезении, огор­чения о неслучившемся, переживания по поводу упущенных возможностей, недо­вольство браком, успешные рыбалки и самогон. Вот его жизнь, как и у моего пра­деда и отца. А вот жизнь прапрадеда не­сколько отличалась — в ней была юноше­ская трагедия. Она-то и дала негативное развитие нашей семейной истории.
В это сложно поверить, но что, если та рыбина являлась метафизическим вопло­щением неродившегося ребенка прапра­деда и его утопившейся возлюбленной? Прапрабабушка, бездумно разделываю­щая рыбину, вряд ли могла помыслить, что связывает себя и своих потомков с утопленницей невидимыми нитями. Мог­ла ли предположить, что проклятие на истребление рода может быть послано женщиной, которой нет в живых? И что разделывание рыбины и закапывание ее потрохов под осиной — деревом Иуды — запустит процесс умирания ее старшей дочери, с которой рождение женщин по отцовской линии прервется и уничтожит в итоге род. Потому так и тянуло всех нас к той осине.
Я уже 5 лет отмаливаю грехи предков — их нерожденных детей, чувства отвергну­тых любимых, непринятых в семью, ибо они являются энергетической силой, что мешает развитию нашей родословной. Рыбу больше не ем — из уважения к памя­ти девушки, превратившейся в сновиде­ниях прапрадеда в русалку.
Сейчас жена беременна девочкой. Бе­ременность тяжелая, с шестой недели на сохранении в больнице. Помолитесь за меня, прошу. Может, удастся всем миром справиться с проклятием, в котором ни я, ни батя мой, ни дедуля не виноваты...
О Георгий Ш

Комментарии (0)

Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.